Руслан Енсебаев: Налоговый cashback не только «кнут», но еще и «пряник»

Какие преференции механизм даст отечественным производителям

Почему модель налогового кешбэка может стать драйвером роста для МСБ и какие преференции он даст отечественным производителям, в интервью корреспонденту «Капитал.kz» рассказал вице-министр финансов РК Руслан Енсебаев.

— Руслан Сатбекович, скоро Минфин планирует запустить новый механизм «Налоговый бонус». Для начала хотелось бы узнать, сколько бюджетных средств будет выделено на внедрение этого механизма?

— «Налоговый бонус» планируется запустить в пилотном формате по ГЧП-модели, то есть государство не будет на него выделять бюджетные средства. Есть бизнесмены, которые готовы инвестировать в проект. Они уверены, что смогут окупить затраты и получать прибыль. С учетом внесенных ими предложений по модели «налогового бонуса», надеемся, что это будет успешный проект. Но при этом мы им выставляем требования, чтобы данные хранились в государственной инфраструктуре.

— Сейчас у бизнес-сообщества реакция на проект «Налоговый кешбэк» пока не совсем однозначная. Если объединить все вопросы в один глобальный, то он звучит так: а кому, кроме государства, это выгодно?

— На самом деле бизнес-сообщество волнуют такие вопросы. Но есть и те, кто видит в этом пользу. К примеру, крупные производители товаров, которым разработчики рассказали о механизме «налоговый кешбэк», не просто заинтересовались, но и предложили свою опцию, которая будет мотивировать бизнесменов участвовать в проекте.

— Они предложили свою модель налогового бонуса?

— Да, суть привлекательности для них заключается в том, что крупные производители товаров, например, молока, смогут видеть какой товар у аудитории пользуется спросом в зависимости от региона, и смогут получать информацию, о том, что потребитель купил именно тот самый товар, который указан в чеке. Но самое интересное – они внутри программы соберут экосистему из собственных потребителей. Это означает, что те маркетинговые бюджеты, которые они вкладывают на продвижение товара, смогут быть использованы в проекте «Налоговый бонус», но обратный эффект от продвижения будет намного выше. При этом, если товар приобретен у определенного производителя, то потребитель получит от него бонусы, но уже с большим процентом, чем мы, разработчики, предусматриваем. Как результат: производители будут видеть своего покупателя, а потребители получать преференции и бонусы по товару.

— Идея неплохая, но как же антимотивация – показывать реальные доходы бизнесмена?

— Здесь надо уточнить, что большинство налогоплательщиков являются законопослушными гражданами и стараются соблюдать нормы. Имеющиеся же проблемы могут быть связаны с неоднозначностью трактования тех или иных норм или несовершенством бизнес-процессов и ИТ-систем. Поэтому надо приложить максимум усилий для правильного выстраивания положительной мотивации этой экосистемы и устранения причин этих проблем, то есть своевременно и доступно доносить информацию об изменениях, создавать удобные инструменты. Тогда проблем с сокрытием доходов не будет.

Мы, например, разговаривали с владельцами ресторанных сетей и крупных точек магазинов у дома, которые поделились своими ожиданиями по системе «налоговый бонус». Во-первых, продавцы магазинов обманывают владельцев бизнеса, не показывая реальную выручку с продаж при оплате товара наличными деньгами. Во-вторых, крупные производители товаров широкого потребления вкладывают немалые средства на рекламу и промоакции в магазинах. Но нередки случаи, когда деньги или товар просто разворовываются еще на уровне продавцов, и до владельцев бизнеса прибыль не доходит. Если будет запущен цифровой инструмент, то все, что продано, и все доходы, которые получены, будут видны владельцам бизнеса.

— Но это же не носит глобальный характер, чтобы все бизнесмены дружно поддержали проект?

— Потому что в этом общем обсуждении сложно быть услышанными. К примеру, когда мы говорили о том, что порог НДС, возможно, будет повышен, тогда тоже находились скептики. Предприниматели скрывали доходы, стараясь не показывать обороты выше, чем действует преференция – 3%. В этом году в целях развития безналичных платежей был увеличен предельный порог по НДС. Если раньше он составлял около 75 млн тенге, с этого года его размер составляет около 364 млн тенге при условии осуществления индивидуальным предпринимателем по упрощенной декларации безналичных платежей с обязательным применением трехкомпонентной интегрированной системы, состоящей из системы учета товаров, онлайн-ККМ и POS-терминала.

Эта норма дает бизнесмену двойной эффект. Во-первых, он как платил налог 3% с дохода по упрощенной системе, так и будет его платить. Во-вторых, при повышенных показателях оборотов бизнеса у предпринимателя появилась возможность воспользоваться кредитованием в БВУ. То есть при легальных показателях бизнеса он будет оценен как качественный заемщик.

Однако данной мерой еще никто не воспользовался, потому что бизнес, к сожалению, пока не слышит. Необходима массовая разъяснительная работа. Хотя, когда мы озвучивали данный вариант бизнесменам, они высказали мнение, что такая мера действительно станет катализатором для развития МСБ в стране.

С этой точки зрения налоговый кешбэк – не только «кнут» для бизнеса, но еще и «пряник».

— К вопросу об удобстве системы для потребителей. Высказываются мнения, что мало кто за копейки от бонусов будет фотографировать чеки, отправлять их и следить, как и когда ими можно будет воспользоваться.

— Потому что все рассуждают исходя из имеющихся технических возможностей. Никто не спорит, что фотографирование чеков неудобно. Мы акцентируем внимание на том, что автоматизация системы будет доведена до такого уровня, что информация по чеку будет отправляться в один клик. В личном кабинете налогового кошелька потребителя будет отображаться вся информация, которая будет учитываться для расчета бонуса или лотереи. Да, ближайшие пять-семь лет доля аппаратных ККМ останется превалирующей. Но нашей доминирующей целью станет максимальный переход на безналичные платежи. На сегодня даже в странах Европы, на которые мы ссылаемся как на лидеров по безналичным платежам, все еще распространены аппаратные устройства. Но в Казахстане будет выдаваться чек, на котором уже сегодня, в большинстве своем, есть QR-код, спокойно считывающийся камерами смартфонов. То есть у покупателя необходимость что-либо заполнять или фотографировать при получении чека отпадет. Информация с QR-кодом попадает в бесплатные приложения. Причем вариантов приложений будет несколько, и потребителю надо будет выбирать более удобное: банковское, поставщика услуг или товаров, или отдельную платформу как «Рахмет» или SalemPay. Мы делаем упор на безналичные платежи, но и бумажные чеки также будут задействованы в систему и будут максимально просто проводить данные по чеку. К слову, система «Налоговый бонус» будет выстроена на архитектуре OpenAPI, к которой смогут подключиться все желающие, соответствующие определенным нашим критериям.

Хотелось бы ещё пояснить, что проект государственных или коммерческих бонусов лояльности будет внедряться и проходить апробацию пока в пилотном режиме. По результатам мы поймем, какой механизм – бонусы или лотерея – наиболее жизнеспособен.

Могу отметить, что накопления по «налоговому бонусу» действительно могут быть небольшими. Но ведь дело не в сумме, а в удобстве для пользователя, когда сумма накапливается постепенно и списывается в автоматическом режиме в счет предстоящих платежей, до того момента, когда обязательства по налогам превратятся в задолженность. Поэтому даже если это 10 тыс. тенге в год, которыми он сможет оплачивать свои налоги или пеню за просрочку – это ведь удобно? Все это только маленькая часть общей задумки проекта, она состоит не только из денег, которые будут заложены из бюджета для компенсации налоговых бонусов.

— Вы говорили о странах Европы, которые подобными механизмами борются с теневыми оборотами. Какой уровень теневого оборота бизнеса в Казахстане? Насколько он выше уровня европейских стран?

— В странах Европы до 10% розничной торговли находится в тени. Но, например, в Болгарии или Латвии – до 30-40%. Казахстанские НПП говорят, что в стране уровень теневого оборота составляет 70%. Это триллионы неучтенных тенге. Но мы рассчитываем до 2025 года значительно снизить этот процент. В России подобные механизмы запущены еще лет 5 назад, и работают они в формате, например, акций «народный контроль», которые приносят ощутимый эффект. Ведь любая страна развивается и обеспечивает социальные обязательства благодаря качественному сбору налогов. В Корее подобные механизмы работают в формате лотереи, а в Японии в виде бонусов или дифференцированной системы скидок на определенные товары. То есть все страны решают проблему с теневым оборотом так, чтобы замотивировать людей требовать чеки. Но мы можем гордиться тем, что, по статистике, безналичные платежи в стране на сегодня составляют около 50% с хорошей динамикой роста. При этом количество и объем безналичных платежей выросли более чем в 2 раза.

— А как вы определяете, что бизнес ушел в тень?

— Самый простой пример – автомойка. По пробитым фискальным чекам она обслуживает всего два автомобиля в день. Но у нас есть информация от поставщиков воды и электричества, по которой видим, что расход воды и электроэнергии в разы превышает предполагаемый уровень. Да, это сложные системные подсчеты, но мы используем их, чтобы увидеть реальные обороты бизнеса. Могу вас заверить, что, как показывают данные, автомойки не обслуживают одну-две машины в день, согласно их ККМ. И проверка владельца бизнеса тоже может ничего не дать или показать временный эффект. То есть если придет налоговый инспектор, не факт, что он нам предоставит достоверную информацию. Здесь стоит учитывать и коррупционные риски, к которым могут привести подобные проверки.

https://kapital.kz/economic/83149/ruslan-yensebayev-nalogovyy-tsaskhbatsk-ne-tol-ko-knut-no-yeshche-i-pryanik.html

Автор: Исполнительная дирекция Палаты НК